Апрель 1927.
Мир до сих пор немного (нет) в шоке с того, что Германия с неожиданной поддержкой в лице Польши и России вышли из Статута. "А что, так можно было?" - тихо спросили на задних рядах, заткнувшись сразу, стоило посмотреть на лица собравшихся. Что же, мир, как ни странно, не рухнул, война, как бы ни старались, не началась, да и в целом не так страшен чёрт, как его рисуют. По крайней мере, не так страшен, когда не расползся по всей Европе, а новости взяты под контроль, чтобы не допустить утечку в мир. Но что делать дальше? А мы не знаем.
Все совпадения с реальными событиями, личностями и заявлениями являются случайными.
Мы ОЧЕНЬ ждём Альбуса! Криденсу физически больно за нас всех, как ждём.
Рейтинг: R.
На форуме могут содержаться материалы, не предназначенные для несовершеннолетней аудитории.
Почему нет флуда? Никто, увы, не флудил. Хотите флуд? Пишите Боссу, вернёт это
кладбище.
Снова.

Phantastische Tierwesen: Vorzug

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Phantastische Tierwesen: Vorzug » ОМУТ ПАМЯТИ » Ещё одна счастливая встреча в доме мироуправленца [9.04.1927]


Ещё одна счастливая встреча в доме мироуправленца [9.04.1927]

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Ещё одна счастливая встреча в доме мироуправленца
http://sd.uploads.ru/WwDoP.png
Valeska Stavrogina & Credence Barebone & Gellert Grindelwald
традиционно: Цвингер, Дрезден

... кто-то в этом всём счастлив, а кто-то домовой эльф. Тот самый, чьи кармическо-исторические страдания в виде самоубиения об стену приводят к умилению обскура сторонними последствиями данного акта селфхарма. Единственное, о чём не стоит вспоминать теперь: в общем-то, все было во имя политики, будущего и очень серьёзных планов. Что ж, и так бывает.

+2

2

Это странное существо очень забавляло Димитрия. Еще когда они были здесь в прошлый раз Димитрию разрешили поиграть с эльфом, как его назвала мама и дядя Геллерт, и мальчику это очень понравилось. Большая и живая игрушка, которая даже иногда издает звуки, если потянуть за его большие уши сильно-сильно - правда, забавно? Димитрий потом не раз просился еще раз поиграть у дяди Геллерта: там интересно, можно было бегать, ему давали конфеты и была еще такая игрушка. Но мама и папа его не слушали и в гостях у дяди Геллерта они не появлялись долго, по мнению Димитрия, почти целый год! Поэтому когда сегодня мама приготовила для него тот самый дорогой и красивый костюмчик, мальчик сразу понял, куда они пойдут, и стал очень неспокойный. Воспоминания о прошлом визите и предвкушение новых приключений будоражили его детское воображение. Поэтому идти спокойно за руку было сложно, мальчик то  дело порывался вперед матери, что, конечно же, моментально пресекалось. Димитрий только не понимал, почему они не взяли папу, ведь ему бы тоже понравилось в гостях у дяди Геллерта, мама вот при нем всегда улыбалась, но мальчика удовлетворило объяснение о том, что папа просто должен работать и у него нет времени. Димитрий был слишком увлечен предстоящими событиями, чтобы думать о чем-то другом. Тем более, что им предстояло воспользоваться порталом, а для этого надо быть сосредоточенным.
Димитрию дали поздороваться с дядей Геллертом, а потом попросили оставить взрослых одних, чем мальчик был только рад. Он с добродушной улыбкой похлопал ресничками, положил подаренную дядей конфету в рот и повернулся к лопоухому эльфу, которого оставили с мальчиком. В этот раз игрушка выглядела какой-то совсем несчастной и Димитрий решил, что это из-за болезни. А значит его надо вылечить, чем мальчик и поспешил заняться. В ход шло все, что Димитрий мог найти в комнате, которой его оставили и что принес собой. Он очень старался помочь эльфу, но тот почему выглядел только хуже. И вот спустя почти час манипуляци произошло что-то странное. Нет, эльф не вылечился, скорее сломался. Игрушка с произительным то ли стоном, то ли визгом подскочила на свои скрюченные ножки и начала биться головой о стену. Димитрий застыл на месте и несколько минут с непониманием смотрел на эту картину. Потом он попытался как-то обратить внимание игрушки на себя, но она не реагировала. Мальчик рассудил, что лечение не помогло и эльф совсем сломался. А это значит, что надо найти кого-то из взрослых, чтобы игрушку починили или чтобы с ним поиграли.
Димитрий с любопытством блуждал по большим и длинным коридорам, разглядывая богатый интерьер и заглядывая в открытые комнаты. Все было очень красивое и интересно, но какое-то безлюдное. А одному играть мальчику совсем не хотелось. И, конечно, когда в одной из комнат Димитрий увидел юношу, он совершенно не захотел осторожно закрывать дверь и уходить. Наоборот, мальчик, пусть и не очень смело, но все же вошел в комнату к незнакомому молодому человеку и уставился на него своими светлыми глазками. Несколько минут Димитрий молча изучал незнакомца, а потом улыбнулся, подошел еще чуть ближе и заговорил.
- Ты не поиграешь со мной? Эльф, кажется, сломался и больше не может со мной играть. Поиграешь, да? - Димитрий говорил еще не очень хорошо, у него удавались не все буквы и не на всех языках, которые он слышал дома. Зато в случае чего хорошо бегал. Было бы здорово поиграть с этим молодым человеком в салочки, он вроде не занят и вроде не совсем взрослый даже, эльф почему-то такую игру не понимал.
[nick] Dimitriy Stavrogin[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2HPWo.gif[/icon]

Отредактировано Valeska Stavrogina (2018-06-23 20:27:01)

+3

3

Жизнь Криденса в дрезденской резиденции протекала гладко, тихо и спокойно - совсем так, как он того и хотел. Гриндевальд, сдержавший своё обещание и действительно предоставивший ему гостевую комнату на втором этаже, любезно выделял ему личное время на то, чтобы прийти в себя: Криденс не доставлял хлопот, живя перебежками от спальни до кухни. Ел он, по большей части, в одиночестве, забирая свою порцию прямо у чуть сторонящихся его домовиков, в чужие комнаты носу не совал и, маясь от непривычного безделья, изредка заглядывал в библиотеку. Теперь та, полностью восстановленная, выглядела восхитительно: бесконечные ряды стеллажей, заставленные книгами с самыми разными корешками и названиями, очень скоро взяли верх над любопытством Криденса. Когда стало известно о готовящемся визите миссис Ставрогиной, Криденс отнюдь не долго выбирал себе занятие - едва проснувшись, он тенью проскользнул в библиотеку и, сняв с полки толстенную "Историю магии", уселся с ней за письменным столом. Личность загадочной гости, намеревающейся нанести визит Гриндевальду, интереса у него нисколько не вызывала - в отличие от книг, до которых он, спустя не год и не два, дорвался, точно голодный волк до зайцев.
Сидеть тихо, читать и не высовываться - уж в этом Криденс был мастером. Это Криденс умел. С этим проблем не возникнет, сомневаться не приходилось. Даже не прислушиваясь к звукам снаружи, он корпел над томом, жадно проглатывая строчку за строчкой. Его приводили в неподдельный, почти что детский восторг не только содержание - временами скучнейшее, стоит признать, - но и движущиеся картинки, перебегающие со страницы на страницу и расцветающие узорами прямо под пальцами Криденса. Рассматривая своё сокровище, он пребывал на седьмом небе от счастья - Криденс ещё не совсем потерял веру стать когда-нибудь настоящим, нормальным волшебником, а потому фантазия его, не стесняясь, разыгрывалась всё пуще с каждым новым почерпнутым знанием.
А потом его прервали. Криденс даже не сразу понял, что это за звук он вдруг услышал - домовики с ним почти не заговаривали, а коли уж делали это, то точно не столь юным голоском. Он обернулся, нервно осматривая комнату на наличие посторонних; шарахнулся, готовый сражаться или бежать в случае опасности, и облегчённо вздохнул, распознав в незваном госте простого ребёнка. Зря он больше не просил у Гриндевальда то успокаивающее зелье - ему бы не помешало.
- Я... - Криденс посмотрел сначала на книгу, потом вновь на ребёнка, растерянно замолчал, покусал губы, поморгал и, только совершив все эти сложные телодвижения, решился продолжить то, что начал: - Я не очень хорошо умею играть, - сказал он первое, что пришло на ум, лишь бы уклониться от ответа.
Он закрыл книжку и неловко поёрзал на стуле, будто стеснялся мальчика гораздо сильнее, чем тот - незнакомого молодого человека. Ребёнок, по правде, не выглядел смущённым вовсе: он был совсем ещё крохотный, не старше пяти лет, и волосы у него были совсем светлые - почти как у Модести. При мысли о младшей сестре, оставленной где-то за океаном, сердце Криденса привычно защемило. Он взял себя в руки и попробовал улыбнуться.
- Ты, наверное, потерялся? - предположил Криденс как можно дружелюбнее. - Это мистер Гриндевальд сказал тебе прийти сюда?
Криденс едва мог представить себе ситуацию, в которой Гриндевальду вдруг приходит в голову послать к нему наверх маленького ребёнка. Вряд ли он обрадуется, если узнает, что Криденс оказался не в состоянии исполнить даже самое простое - сидеть и не привлекать внимания. И ещё эти эльфы... Разве они ломаются? Почему-то Криденс раньше совсем так не считал.

+2

4

Молодой человек, которого Димитрий нашел в большой комнате, выглядел и вел себя странно, как все взрослые. Он почему-то сказал, что не умеет играть, хотя все взрослые умеют играть, потому что когда-то они были маленькими - поверить в это было сложно, но Димитрий точно знал, что каждый взрослый когда-то был ребенком. Тем более, что незнакомец был не таким старым как папа или дядя Геллерт, и он не мог забыть, как играть, ему еще рано что-либо забывать. Поэтому мальчик справедливо предположил, что молодой человек хочет его обмануть и обиженно надул губки.
- Не умеешь или не хочешь? - серьезно спросил Димитрий, сурово (насколько он мог) смотря на юношу. Мальчику очень не хотелось вновь отправляться на поиски кого-нибудь, кто мог бы с ним поиграть, у дяди Геллерта был слишком большой и пустой дом, в котором многое трогать нельзя. Что можно трогать и с чем можно играть знает эльф, а эльф сломался. И Димитрий уже было собирался это все рассказать незнакомому юноше, как тот сам вновь заговорил. Мальчик выслушал его, но ответил не сразу. Он молчаливо смотрел на молодого человека, хлопал глазами, и только по прошествии минуты или двух протяжно и неуверенно переспросил.
- Ты про дядю Гелльерта говоришь? - имя маминого друга для маленького Димитрия было весьма трудно произносимо, поэтому порой оно бывало всячески исковеркано, хотя мальчик и очень старался говорить правильно. - Нет. Он меня оставил играть с эльфом, а тот сломался. Мне стало скучно и пошел гулять. Так сам сюда и пришел. Я уже много прошел, а никого кроме тебя не видел. Дом большой, а людей нет, кроме тебя. И ты не хочешь со мной играть, - обиженно подытожил мальчик, но не ушел, а только подошел ближе к незнакомцу и встал на носочки, пытаясь увидеть, чем тот занимается. - Ты так сильно занят? Мой папа вот всегда занят. Его всегда отвлекают какие то баночки. А ты чем занят? У тебя нет тут баночек. У тебя… У тебя… - Мальчик все тянулся и тянулся  вверх, что привело к тому, что Димитрий не смог удержать равновесие и упал на незнакомца. - У тебя там книжка! И поэтому ты не хочешь играть. А давай тогда ты мне почитаешь? Я сам еще не умею. Мама только учит меня буквам немецким, хотя я понимаю не только на немецком, я понимаю как мама с папой на русском ругаются, - Димитрий все-таки смог неуклюже встать на ноги и даже не забыл одернуть костюм, как мама учила. - Так почитаешь? Я люблю сказки. Я люблю сказку про трех братьев. Знаешь такую? Мама говорит, что она у разных народов немного может отличаться, но смысл один. Почитаешь мне? Я тихо-тихо сидеть буду. И спрашивать до конца истории ничего не буду. Почитаешь? - и закончив говорить Димитрий деловито уселся на пол.
Он не знал даже имени этого человека, но маленького мальчика это не смущало, и не потому что он пошел бы с первым встречным, предложившим ему конфетку - мама бы очень на него рассердилась в таком случае - а потому что он находится в гостях у дяди Геллерта, где с ним ничего не случится, если он не будет ничего трогать. Про “никого” не говорили ни слова. К тому же юноша все равно читал, а теперь будет читать вслух - какая разница? А Димитрий и правда будет тихо. Ему уж больно не хочется дальше одному бродить по замку или возвращаться к сломанному эльфу, с ним будет скучно, с ним нельзя играть, пока дядя Геллерт его не починит. Этот незнакомец не такой уж и взрослый, чтобы иметь много дел, как папа. И, кажется, немного грустный… Зря он отказался играть. Салочки бы его развеселили бы быстрее, чем книги![nick] Dimitriy Stavrogin[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2HPWo.gif[/icon]

+2

5

Криденс смотрел на своего маленького гостя округлившимися от удивления глазами: потерянный, словно на него вдруг вылили ведро холодной воды и спросили, чего это он такой мокрый. Привыкнув к немногочисленной компании самого себя, он, столкнувшись со столь разговорчивым собеседником, совершенно потерял твёрдую почву под ногами. Ему ещё не доводилось возиться с такими малышами - даже его приёмная сестра, бывшая самой младшей во всём доме, появилась в его семье уже в семилетнем возрасте. И не была такой уж общительной. По правде говоря, никто из тех, кого Криденс когда-либо знал, не был таким общительным. Криденс не знал, является ли это особенностью всех детей его возраста или конкретно этого мальчика, но впечатлён был не меньше, чем движущимися картинками в книге Гриндевальда. И что Криденсу с ним делать? У него был не такой уж внушительный опыт в сфере игр - и не играть же с ним в "ведьмины шаги"! Отвести его назад?
Он уже хотел было придумать какое-нибудь оправдание или предлог, чтобы по-тихому передать ребёнка Гриндевальду, как тот вдруг бухнулся ему прямо на руки. Криденс подхватил его рефлекторно, не дав удариться о стол, и беспокойно осмотрел - ему буквально стало дурно при мысли, что тот мог, пускай и по неосторожности, пораниться. Но мальчик продолжал болтать как ни в чём не бывало, деловито поправляя парадный костюм, и Криденс, в конце концов, перевёл дыхание.
Никаких занятых волшебников с баночками Криденс не знал. Никаких русских ругательств, признаться, тоже. И сказки о братьях ему тоже никогда не читали - Криденс поперебирал в памяти кое-что из того, что слышал в детстве, но ничего подходящего в закромах не нашлось. Мама, когда он просил её, часто читала ему сказку о богобоязненной девочке без рук, но Криденс не представлял, как сможет пересказать эту поучительную историю маленькому ребёнку. Его родители такое точно не оценят. Интересно, что бы они сказали, если бы узнали, с кем он? С одной стороны, мальчик явно сбежал без всякого спросу, но с другой... Гриндевальд бы ведь пришёл за ним, если бы это правда было важно? Криденс даже бросил опасливый взгляд на дверь, проверяя, не ломится ли в неё кто-нибудь, но в коридоре было тихо. Он специально прислушался - а не скрипят ли на лестнице половицы? Нет, тишина.
Умозаключение, которое он сделал из этого, немного подбодрило Криденса - глаза у него засветились, и он улыбнулся посмелее. Конечно, можно было бы почитать мальчику "Историю магии" и подождать, пока Гриндевальд сам поднимется за беглецом, но хорошей эта идея Криденсу не показалась. Кто знает, можно ли Криденсу читать ему такое? Не хотелось играть с огнём - его ма была бы в ярости, если бы узнала, что он читает книжки вне дома. Так что, решив подыграть, Криденс взял учебник в обе руки.
- Мне кажется, на сегодня достаточно чтения. Надо бы поставить книгу на место, чтобы дядя Геллерт не ругался на нас, - сказал он с серьёзным видом, открыто смотря на мальчика и проникаясь к нему почти мгновенной симпатией. В салемской церкви Криденс видел много, очень много детей, но почти никто из них не выглядел счастливым - или хотя бы сытым и здоровым. Новая картина радостного детства, пускай и чужого, едва не опьянила его. Он встал и тут же согнулся пополам: театрально заохал, насколько умел, притворяясь, что одному ему такая суровая ноша, как "История магии", не под силу. Вытер воображаемый пот со лба, будто только что самолично разгрузил торговый корабль, и уронил книгу на пол. - Какая тяжёлая! Мне самому никогда не поднять.
Криденс сел на корточки, для вида предприняв ещё парочку безрезультатных попыток оторвать книгу от пола. Нет, сказал он, без шансов. Ещё раз проверив, не стучится ли кто-нибудь в дверь, Криденс обратился к своему гостю:
- Не поможешь мне? - спросил он, кивая на книгу. Отвернувшись от мальчика, Криденс подставил ему руки и предложил взобраться к себе на спину. Раньше он без труда мог поднять Модести, и Криденс очень сомневался, что этот мальчишка вдруг окажется тяжелее восьмилетней девочки. Господи. Он и не думал, что так сильно скучает по сестре, пока не столкнулся с этим ребёнком. - Давай ты понесёшь книгу, а я понесу тебя. Просто обними меня за шею. Ты не испугаешься?
Разумеется, Криденс собирался помогать нести и книгу тоже - в конце концов, та действительно была не из лёгких, - но ему самому бы обязательно понравилось, если бы ему доверили такое ответственное задание в пять лет. Почему-то ему очень не хотелось, чтобы этот мальчик расстраивался из-за него. Он же... А как его зовут? Наверное, стоило бы сразу поинтересоваться именем, вот только тогда обязательно придётся сказать своё в ответ.

Отредактировано Credence Barebone (2018-06-24 09:19:37)

+2

6

Димитрий сидел на полу и не сводил взгляда с молодого человека, который почему-то не спешил ни читать, ни отвечать, ни даже пытаться переложить развлечение мальчика на кого-то другого. Незнакомец просто сидел и также как и ребенок смотрел на Димитрия в ответ, иногда оборачиваясь к двери. Мальчик и сам неосознанно поворачивался к двери, повторяя за взрослым. В силу возрасте Димитрий был не очень терпеливым, но пока молчал, давая молодому человеку время. Этот юноша уже был большой и он вполне мог забыть детскую сказку, ему же их уже не рассказывают. Поэтому Димитрий благосклонно давал время своей новой няни подумать, вспомнить, или, может быть, найти глазами в библиотеке нужную книжку. Было бы здорово, если бы молодой человек нашел книгу и в ней были картинки, Димитрию очень нравилось разглядывать замысловатые изображения с множеством мелких деталей, в которых порой можно увидеть невероятные вещи. И он бы с радостью рассказал незнакомцу, что он увидел в книжке, если бы ему уже начали читать и показывать картинки. Но юноша медлил, оборачивался и, кажется, совсем не знал, с какой стороны подступить к ребенку. Димитрий уже хотел было повторить свою просьбу и даже попробовать повыдавливать из себя слезы (на взрослых это удивительно действовало), как молодой человек поднялся на ноги и громогласно объявил, что с книгами на сегодня покончено. Глаза у Димитрия радостно заблестели и мальчик заулыбался.
- Значит ты будешь со мной играть? Будешь играть в салочки? Ты умеешь? Я могу рассказать, если не умеешь, - не очень разборчиво и очень быстро поспешил затороторить Димитрий, пока юноша больше ничего сказать и только встал со стула. Впрочем дальше молодой человек  попытался убрать книгу и произошло то, что заставило Димитрия замолчать и внимательно смотреть и слушать незнакомца. Кажется, книга, которую читал была очень-очень тяжелая. А ведь и правда она выглядела массивной и очень большой, наверное в половину роста Димитрия, как стало казаться самому мальчику. Не удивительно, что этот молодой человек не смог ее поднять и ему потребовалась помощь. Вот только почему он обратился к ребенку? Димитрий с непониманием и удивлением смотрел на взрослого с минуту прежде чем сказать то, что у него никак не выходило из головы и, безусловно, помогло бы решить эту небольшую неприятность.
- А почему ты не воспользуешься палочкой? - спросил мальчик, протягивая руки к книге и осторожно касаясь ее ладошкой. - Наверняка, есть заклинание. Или ты не знаешь? Но ты же взрослый. Ты должен знать, - с непоколебимой уверенностью в своих словах заявил Димитрий и придвинул книгу к себе или точнее себя к книге. Мальчик сейчас разглядывал красочную обложку, проводил пальчиками по буквам и даже рассказал юноше, какие буквы он помнит, а какие забыл. Но быстро потеряв интерес к книге, Димитрий вновь поднял глаза на молодого человека. - Но если ты не знаешь, я помогу тебе, чтобы дядю Геллерта не расстраивать и чтобы он не ругался на тебя, - ребенок улыбнулся и неуклюже взял в руки том истории магии, чтобы потом еще более неуклюже и не без помощи юноши, забраться тому на спину. -И я не испугаюсь! - твердо заявил мальчик, но как только юноша выпрямился и Димитрий оказался “наверху” он крепко-крепко вцепился одной рукой в одежду незнакомца и еще раз упрямо повторил. - Не испугаюсь.
С такой высоты вид на комнату был совершенно иной. Димитрию казалось, что он очень-очень высоко и любой другой на его месте бы испугался и отказался бы помогать, а он не откажется и дядя Геллерт не наругает этого юношу за беспорядок и незнание заклинаний. Поэтому Димтрий был очень горд собой, когда они, наконец поставили книжку на полку. Вот только слезать ему совершенно не хотелось теперь. И он обнял молодого человека за шею и положил свою голову на его голову - то есть почти лег, и без зазрения совести спросил.
- А давай так поиграем? Мне нравится быть высоко.
[nick] Dimitriy Stavrogin[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2HPWo.gif[/icon]

+2

7

Мальчик оказался лёгкий, как пушинка, и, в отличие от магических цирковых зверушек, не вырывался и не кусался - а это значительно упрощало задачу. Криденс поднял его вместе с книгой, предусмотрительно придерживая за болтающиеся ножки, и помог поудобнее устроиться на своих плечах. Не теряя времени зря, он направился к стеллажам вместе со своим наездником.
- Я забыл палочку в спальне, - не слишком убедительно соврал Криденс, чтобы не выдумывать лишнего. И, чтобы поскорее перевести скользкую тему в безопасное русло, с деланным изумлением добавил: - Какой ты смелый! Наверное, хочешь быть аврором?
Кто такие авроры Криденс был уже по опыту осведомлён и, за неимением более обширных знаний, скромно предположил, что все маленькие мальчики грезят вырасти и стать аврорами, как не-маги - солдатами и полицейскими. По крайней мере, сам он, пока ещё был ослеплён своими наивными мечтами о дивном будущем, спал и видел, как становится таким же доблестным защитником справедливости, как его добрый и прекрасный "мистер Грейвс". Сущая нелепость, конечно, но что поделать? Криденс привстал на носочки, чтобы мальчик смог достать до самой-самой верхней полки, и, подстраховывая и себя, и ребёнка, и книгу, и несчастный, уже переживший недавно нападение стеллаж, с его помощью всунул "Историю магии" на её законное место. Ну вот, уже что-то. Криденс отошёл на два шага назад, оглядывая результат их совместной работы, и бегло осмотрел остальные полки на наличие каких-нибудь детских сказок. Зачем Гриндевальду сказки в личной библиотеке он, по правде говоря, не знал, но почему-то считал, что сказки есть в любой - и в Цвингере тоже. Можно было поискать, раз уж Гриндевальд не был против его внезапно возгоревшегося интереса к литературной коллекции... Вот только вчера он уже наткнулся на какой-то сборник о чудищах, чуть не откусивший ему руку по локоть, и впредь рисковать был не намерен.
- Только держись покрепче, - предупредил Криденс на всякий случай, почувствовав, как чужой подбородок уместился у него на макушке. Не выпуская ноги мальчика из прочной хватки, он зашагал в сторону двери - сначала медленно, боясь ненароком оступиться, а затем, незнамо как расхрабрившись, ускорился. Криденс был на удивление высоким - выше многих своих сверстников, когда не сутулился - и мог лишь догадываться о том, какой вид открывался ребёнку с его плеч. Наверное, всё равно что на башне сидеть.
В коридоре, как он и ожидал, оказалось пусто. Криденс специально осмотрелся по сторонам в поисках "сломанных эльфов", но ни эльфов, ни даже чего-нибудь действительно сломанного рядом не было тоже. Решившись, он пошёл по коридору. Криденс уже успел более или менее ознакомиться с внутренним устройством резиденции и, хотя и редко покидал пределы своего закутка на втором этаже, примерно помнил, как добраться до того или иного места. Если родители этого мальчика были четой Ставрогиных, значит, сейчас его мать могла бы быть в кабинете - реши Гриндевальд собрать их в столовой и угостить обедом, ребёнка бы уже начали искать. Допустим, кабинет Криденс найдёт - а дальше что? Час от часу не легче.
- Твоя мама, наверное, ужасно беспокоится, - осторожно заметил Криденс, переставляя ноги. - Мне кажется, надо её поискать. Расскажешь ей про сломанного эльфа... Могу поспорить, она раньше таких никогда не видела.
Он остановился и дёрнул за ручку одной из дверей - та, как ему смутно казалось, должна была вести в один из кабинетов. Заперто. Значит, не здесь. А до следующего ещё далеко. Криденс вновь двинулся в сторону лестницы и, чтобы мальчик не заскучал, стал время от времени переходить на лёгкий бег - как крепкая и надёжная, но всё же чуть-чуть строптивая лошадка. Он даже не подумал о том, какой шум поднимает в практически безлюдной резиденции, пока пол под ним не скрипнул ну просто предательски сильно.

+2

8

-Ты что! Нельзя получку нигде забывать! Мама очень на папу ругается, когда он говорит, что он оставил палочку на кухне. Мама поджимает губы - это значит, что она не довольна. Если дядя Геллерьт наругает тебя за это, он будет прав. Нельзя забывать палочку - это без-от-вет-ст-вен-но, - последнее сложное слово мальчик проговорил по слогам (ну или как получилось), потому что не был уверен, что произнесет его правильно. В своей речи Димитрий во многом подражал взрослым, как и любой ребенок его возраста. Для него правильно то, что говорят его родители. Истину тоже доносят мама с папой. Правда сейчас у мальчика стал появляться еще один авторитет, и почему-то Димитрий был уверен, что дядя Геллерт палочку на кухне не забывает.
А вот комплимент Димитрию услышать было приятно. Мальчик заулыбался и постарался придать себе гордый вид - да, он именно такой, да, он смелый и не боится высоты, вон как высоко сидит и ничего. И он бы даже руки отпустить, вот как не боялся, но зато его взрослому незнакомцу могло это не понравится, он и так постоянно на дверь смотрит. Вот только гордость мальчика длилась не долго. Кто такой “аврор” Димитрий не знал. Он знал слово обозначающее русский аналог “аврора”, но и этого Димитрий тоже не знал, поэтому за душевным подъемом и серьезной, почти взрослой нотации, послушался детский, обиженный вопрос, -А кто такие “авроры”?  Я не знаю.
Впрочем думался Димитрий не долго. В четыре года мир слишком объемен и необъятен, его надо исследовать, а не тратить время на обиды. Поэтому услышав, что с ним согласились с ним поиграть, Димитрий вновь заулыбался и захлопал в ладоши, правда, после первых шагов молодого человека, мальчик покачнулся и ему вновь пришлось крепко обнять юношу за шею. Но вид с плеч незнакомца открывался невероятным. Димитрий сидел высоко и отсюда было видно многое, чего мальчик не видел с пола. А рассматривать в доме у дяди Геллерта было можно много всего, главное, не трогать, да. Особенно Димитрию понравилось, когда они вышли в коридор - узкий и длинный проход, который мальчик мог осмотреть весь с такой высоты. Димитрий даже вздохнул от того, как ему понравился вид, открывшийся перед ним. Эх, все таки жаль, что трогать ничего нельзя, все так блестит красиво.
- Здорово так. Мне очень нравится играть у дяди Геллерта. У него большой дом и меня оставляют с кем-то другим. Ну вот с эльфом, но он сломался. И хорошо! С тобой мне больше нравится играть, - Димитрий говорил не очень громко, было понятно, что мальчик пока находится где-то в своих мыслях и явно очень доволен этой игрой. Но вот следующие слова новой няни мальчик услышал и поспешил возразить. - Нет-нет, она не беспокоится. Она с дядей Геллертом, им нельзя мешать, поэтому мне сказали играть с эльфом. А может быть ты сможешь его починить? Дядя Гелльерерт ведь расстроится, что он сломался. Ты сможешь починить?
Но незнакомый молодой человек видно решил не слушать своего маленького подопечного и пошел вперед, а точнее побежал, и это привело Димитрия в восторг. Мальчик звонко начинал смеяться, когда юноша ускорялся, чуть крепче хватался за взрослого, все таки боясь упасть, но это было так неосознанно, что нисколько не портило впечатление, Димитрий даже не обращал на это внимание. Он только смеялся и тихо повторял юноше на ухо “давай еще, ну, пожалуйста, давай еще”, когда тот сбавлял скорость, чтобы отдышаться и отдохнуть.
[nick] Dimitriy Stavrogin[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2HPWo.gif[/icon]

Отредактировано Valeska Stavrogina (2018-06-24 16:44:25)

+2

9

Как хорошо, что у детей семь пятниц на неделе - иначе Криденс бы уже давным давно попал впросак со своим неумелым притворством. "Кто такие авроры?" Криденс был убеждён, что авроры - это все известная в магическом мире вещь, а мальчик этого не знал. Может быть, он сказал что-нибудь не то? Если начнёт выяснять, что именно, то несомненно выдаст себя - не перед ребёнком, так перед его родителями, которым мальчик обязательно расскажет чудесную историю о своей игре с прячущимся в Цвингере незнакомцем. Криденс ещё пока не был уверен, хорошо это или плохо. Грядущая реакция Гриндевальда оставалась для него загадкой; интуитивно он чувствовал, что поступает не совсем так, как следовало бы, но не мог найти никакого другого выхода из сложившейся ситуации. Он даже стал заглядывать за углы по дороге - искал какого-нибудь эльфа, которому можно будет передать ребёнка, но те словно сквозь землю провалились. Лишь раз ему показалось, что он заприметил в густых тенях чьи-то длинные мелькнувшие уши, но, когда подошёл поближе, встретился с пустым местом.
- Давай не будем рассказывать дяде Геллерту о том, что я забыл в спальне волшебную палочку, - предложил Криденс, остановившись у лестницы, чтобы как следует отдышаться. Свет на его лице, вспыхнувший ещё в библиотеке, мало помалу начинал гаснуть - и чем ближе они подходили к кабинету, тем заметнее это становилось. Хорошо, что мальчик его не видит. - И... о нашей с тобой игре. Он ведь ужасно занят. Лучше расскажем ему об эльфе, хорошо? Эльфу наверняка нужна помощь, а я не умею их чинить.
Мальчик смеялся так заливисто, что, не выдержав, Криденс пробежал ещё чуть-чуть - в последний раз, как он сам себе обещал. Замерев и восстановив сбившееся дыхание - ребёнок уже переставал казаться такой уж пушинкой, - Криденс опёрся ладонью о стену. Дверь кабинета, которую он неожиданно для себя узнал в череде комнат по правую руку, была аккуратно прикрыта. Голосов за стенами слышно не было. Попросив ребёнка вести себя чуточку потише, Криденс поднял руки, подхватил его подмышки и очень осторожно спустил на землю. Костюм, которым тот, по видимому, очень дорожил, немного измялся от слишком тесных объятий. Криденс присел на корточки перед ним и, попытавшись исправить положение дел собственными силами, разгладил кое-как тёмно-синюю ткань, стоящую, наверное, дороже, чем вся мебель в его старом доме вместе взятая. Он весь извёлся, расправляя мальчику закатившиеся рукава, а затем, взяв того за руку, встал на ноги и прислонился ухом к дубовой двери. Слегка надавил на ручку, услышал тихий щелчок замка и понял, что кабинет не заперт. Отголоски слов, которые ему удалось расслышать по другую сторону, подтвердили его догадки. Но зайти внутрь Криденс всё равно не отважился.
Что, если ему вообще нельзя было разговаривать с этим ребёнком? Прошло не так много времени с того момента, как Криденс едва не сровнял дрезденский Цвингер с землёй, и к тому же... В глазах Криденса Гриндевальд был одновременно и божественным светом, обещающим скорое спасение, и силой, способной покарать его - или не покарать - за допущенную провинность. Он занервничал, поглаживая свободными пальцами изогнутую ручку двери, и едва не всхлипнул, решив было, что кожа его оставляет на дереве чёрный след. Испугавшись этой игры - или не игры - воображения, он резко выпустил руку ребёнка и полу-истерично застучал по двери.

+2

10

Как и любой другой человек, Геллерт не любил отвлекаться, когда решал вопросы, особенно важные. Так или иначе, как раз сейчас он разрешал подобный вопрос, предварительно потратив достаточно времени на то, чтобы сделать его воплощение реальным. Место для Валески ведь действительно нашлось не за один день: мужчина оценивал её прошлое, её навыки, ситуацию на подконтрольных ему территориях, нужды для дела, как и то, кого ему пока не хватало, но кто бы очень не помешал. Это если не вдаваться в технические подробности. Потому сегодня встреча хоть и включала в себя угощение чаем со сладостями, носила характер скорее формальный. Валеска попросила помощи - Гриндевальд готов ей её предоставить, со всей серьёзностью и всеми последствиями ведьме стоило ознакомиться и ещё раз всё обдумать.
Это также не включало в себя Димитрия. Геллерт хорошо относился к мальчику и не имел ничего против него, но только не сегодня и не во время их серьёзной беседы. Ребёнок бы отвлекал, требовал внимания, издавал лишние звуки  и прочими способами сбивал бы с мысли и официоза. Геллерт бы злился, раздражался, а делать этого ему очень не хотелось. Потому сразу сказал: его ни для кого нет, ребёнок будет с эльфом, и лучше бы никому его не беспокоить. Криденс же... а что Криденс? Несмотря на все свои юношеские протесты, недолюбленность и странность характера, мальчишка был покладист, послушен, занять его было просто, как и объяснить, почему именно не стоило досаждать гостям. Нет, не так: ему скорее пришлось объяснить, почему стоит досаждать и искать общения с гостями, а не наоборот. Чудная необщительность, чудная натура совсем чудного носителя чудной обскурии.
Потому, спровадив всех по углам огромного комплекса, Гриндевальд со спокойной душой занялся делом - Валеской. А точнее, взялся вводить её в курс нового дела, которым женщина, если не передумала (а она не передумала) отныне будет заниматься. Они прежде по переписке обозначили важность сегодняшнего разговора, потому полячка знала, что ждало её, и настраивалась на соответствующее. Геллерт же почти каждый день чью-то судьбу решал, ему даже морально собираться не надо было.
[...] - До того, как Польша приняла решение о выходе из Статута, несколько десятков волшебников бежали в Германию из-за национальной политики. Некоторые продолжают делать это и сейчас, правда в основном из-за финансовых соображений и переходного для Польши периода: из Статута вышли недавно, не все механизмы внутри страны отлажены как в Германии, а потому... случаются некоторые перегибы и требующие разъяснения ситуации, вынуждающие волшебников временно или насовсем покидать родину. Что не делает их волшебниками меньше, чем они были прежде. Ты хотела, чтобы я нашел тебе место в мире, который я строю для нас и наших потомков, и я готов предложить его тебе. Работу с нашими польскими собратьями, которые прибывают в Германию. Помощь в адаптации, разрешение бюрократических вопросов, способствование возвращению на родину - тебе предстоит тесно общаться с каждым из них, чтобы знать, кто они и откуда. Я уже говорил, что времена сейчас опасные, потому враги могут быть даже среди тех, кто на первый взгляд нуждается помощи - в том числе и для этого мне понадобятся твои навыки, Валеска. Помогать, развивать сотрудничество, разрешать спорные ситуации, разумеется при содействии других инстанций и меня лично, но ещё и наблюдение. Ты не шпион, но полячка, как и личная пережившая побег из другой страны ведьма. Потому с большей вероятностью поймёшь, кто нам друг, попавший в беду, кто партнёр, а кто паразит.

[...] Все разъяснения волшебника, их обсуждение, знакомство с некоторыми документами и данными проходили в подходящей обстановке, им в самом деле не мешали. Довольно долго. Сначала сверху какое-то непродолжительное время раздавался топот, затем замолк, а после начался снова. Гриндевальд не обращал на это должного внимания, но про себя отметил - так быть не должно. Чем занимал ребенка эльф - дракклы его знали, потом уточнит, когда переключится от дела к быту. Потому даже когда топот начал перемещаться, Геллерт проявил терпение, как раз на тот момент рассказывая Валеске о нескольких семьях, что обратились к нему за помощью лично в своё время, теперь проживая в Германии и располагая некоторыми ресурсами здесь, теперь приносившими пользу Геллерту лично. Он бы, конечно, с удовольствием ударился в детали и договорил, но... но мир полон глупых. А некоторых - вроде домовиков - мир изначально создал глупыми.
Трясущийся так, словно его пытали, с разбитым лбом и несколькими шишками эльф появился почти в самом углу комнаты, заикаясь, тяжело дыша, периодами не дыша, и вообще боясь даже смотреть в сторону Геллерта. Из-за хлорка и присутствия этого существа мужчине пришлось замолчать, отвлечься от дела и переключиться на домовика - то явно планировало что-то сказать, что-то важное, иначе бы никогда, никогда не побеспокоило Геллерта. Только сам мужчина ничего не говорил, лишь смотрел на существо так, что то едва ли не испепелялось, само начав чего-то бормотать.
- Говори внятнее, - насупив брови фыркнул Геллерт, и домовик, сглотнув словно бы все надежды и ощущение жизни в нём, шагнул ближе к волшебникам, предприняв новые, чуть более удачные попытки выдавить из себя причину, по которой отвлёк хозяина.
- Г-гер-р-р Гр-р-р-риндева-а-альд... С-с-ын Вашей г-гостьи... Я не смог поиграть с-с ним-м в игру, которую о-он хотел, за что-о-о решил наказать себя, и пок-к-ка я наказывал, с-с-ын Вашей многоуж... уважаемой гостьи куда-то исчез.
Если честно, Гриндевальд даже как-то выпал от... такого поворота событий. Вернее, от абсурдности и глупости этих откровенно тупорылых существ.
- Ну и бестолочь, - протянул он, глубоко выпуская воздух и переведя тяжелый взгляд на Валеску. Эльф буквально побелел, прекрасно узнавая этот голос Геллерта. Нынешний хозяин Германии очень не любит проявление глупости и тугодумия. Страшно не любил. - Как вообще можно потерять четырехлетнего ребёнка, обладая магией, слухом и зная это место от и до? - он поднялся на ноги, формально обратившись к полячке. Нет, пропасть мальчик не мог: наверняка потерялся в какой-то из комнат, нашел себе занятие. Но как бы не испугаться чего потайного, состояния "я не знаю куда идти спасите-помогите-мама-ты-где", или не прикоснулся к тому, чего касаться не стоило - навредит себе, ей богу. Тьфу! - А... ты ещё здесь? - попутно кинул взгляд на существо. - С тобой разберусь позже. Пошёл вон, и чтобы без Дими...
Однако, стук снова прервал только было зародившиеся планы Гриндевальда. Он цокнул языком и сам для себя закатил глаза. Судя по тому, как стучали, как там дышали, да элементарно тому, что как ощущался Криденс волшебник уже знал, то даже не сомневался в том, кто именно их побеспокоил.
"Я чего-то ещё не знаю?" - невозмутимо уточнил он сам у себя, ещё раз в абсолютном молчании выпустил воздух. Сделал несколько шагов и, неизменно молча, положил руку на ручку, открыв дверь. Невозмутимость, спокойствие, пассивная агрессия, презрение к тупым, глухим, недогоняющим... короче, ущербным. И, действительно, Криденсу.
Секунда, две, три. Неизменно молчаливо взглядом волшебник впился в него, правда после соскользнул ниже, увидев непоседливую и довольную жизнью фигуру белобрысого Димитрия. И тем не менее, маг продолжал молчать. Домовик, краем глаза увидев две фигуры за Геллертом у двери, не вынес такого стресса - он заведомо кончился и упал в обморок.
- Дядя Геллерт, эльф сломался... - услышал мальчик удар о пол, увидев что-то эдакое сзади него. Или не увидев. Если честно, Геллерт вообще не уверен, что ребенок не сказал ничего после, и что вообще говорил конкретно об этом звуке (откуда ему было знать, что эльф прежде уже сломался?). Он лишь выпустил губами воздух, чуть свернув их в подобие трубочки, и неизменно молча сделал шаг назад, говоря тем самым Криденсу: "Тебе здесь не рады, ему тоже, проходите от души, располагайтесь на своём месте на кладбище". Ну, наверное, что-то такое могло подуматься собравшимся. Сам же Гриндевальд... он не думал, он молчал и радовался очередному абсурду своей жизни.

+2

11

Играть с этим незнакомцем было веселее, чем с эльфом. Димитрий даже был рад, что эльф сломался, иначе бы он не встретил этого юношу и не посмотрел бы дом дяди Геллерта, и тем более не посмотрел бы с такой высоты. А эльфа они легко легко починят, и не страшно, что его новый друг этого не умеет, дядя Геллерт точно знает, как чинить его эльфа и все будет хорошо. Если они поиграют еще немного. Правда вот незнакомец все еще хотел отвести мальчика к маме, а Димитрию это совсем не хотелось, и он снова упрямо принялся объяснять, что мама и дядя Геллерт заняты и мешать им не стоит, а лучше еще немного поиграть.
-А еще обманывать нехорошо, - не забыл поучительным тоном упомянуть мальчик, а после настороженным голосом поинтересовался, - почему не рассказывать как мы играем? Это же весело. Или тебе не весело? Ты хочешь играть в другую игру? Хочешь в салочки? Эльф в такое не играл со мной. Тебе не нравится?- Димитрию вот все нравилось, и опять таки в силу детской непосредственности, ребенок не обращал внимание на странное поведение его знакомого незнакомца и быстро забыл разговоры о родителях, когда она вновь побежали. Димитрий опять засмеялся и с таким наслаждением, что перестал хихикать, только когда оказался стоять ногами на полу. Но он все равно широко улыбался довольными глазами смотрел на взрослого мальчика, ожидая какую игру он выберет сейчас. Однако почему-то друг сильно занервничал, и такую резкую перемену настроения заметил даже Димитрий. Вот только он и предположить не мог, что тревожит его товарища по играм, его выводы были просты, примитивны и очевидны для четырехлетнего мальчика. Чего может бояться ребенок? Правильно, наказания, разочаровать родителей и чудовища под кроватью. Взрослый волшебник, как новый друг, чудовищ вряд ли боится. Поэтому видя, как молодой человек колотит в дверь, Димитрий осторожно погладил взрослого по руке, а точнее по локтю, потому что дальше не доставал.
-Ты так не бойся. Дядя Гелльерет хороший. Палочку забывать нельзя и учиться надо хорошо, но он не будет тебя сильно наказывать, - успокаивал своего нового друга Димитрий, пока не дверь не открылась и перед мальчиками не появился хозяин дома. Димитрий тут же обернулся к мужчине и заулыбался, поспешив сообщить главную новость.
-Дядя Геллерт, эльф сломался, - мальчик не видел, не ощущал и не понимал напряженности момента. Он был абсолютно счастлив и чувствовал себя спокойно. Он не боялся людей, которые его окружали, не чувствовал опасности от них. Ему нравился новый знакомый. Он уже полюбил дядю Геллерта, потому что он хороший и друг мамы, а еще и мама была в комнате, а значит все точно очень хорошо и взрослым надо рассказать, как весело они играли, чем Димитрий поспешил заняться.
- И я пошел гулять. Я ничего не трогал, как Вы сказали. А потом нашел его, и мы играли. Мы бегали весело. Очень хорошо играли. Намного лучше, чем с эльфом. Дядя Гелльерт, а он Ваш гость? А можно нам еще поиграть? Я не хочу с эльфом. Он болеет и сломался, потому что не хотел лечиться, а я пытался его вылечить. Вы его почините? И научите нас? Он, - Димитрий кивнул на юношу рядом, - тоже не умеет чинить эльфов. И почему они ломаются? А, дядя Геллерет? - возраст “почемучки” у Димитрия только начинался, поэтому от его несвязной и не всегда понятной болтовни взрослые устали еще не сильно, хотя она уже порядком могла надоесть, учитывая упрямство мальчика в желании получить ответ и иногда неподходящее время для проявленного интереса.
[nick] Dimitriy Stavrogin[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2HPWo.gif[/icon]

+2

12

Геллерт всегда оказывается прав. И Геллерт всегда держит свое слово. Прошел всего месяц после их первой встречи после долгой разлуки, но Валеске ожидание давалось с трудом. Да, мысли о скорых переменах придавали женщины сил дома, она с еще большим вниманием стала относиться к сыну, от которого, казалось, за четыре года начила даже иногда уставать, ей было проще терпеть несуразные выходки Николая, она начала верить в себя и в возможность спасения. Спасения их всех. Их семьи. Не важно каким способом. Не важно, кто будет тем спасителем и кто им поможет. Лишь бы закончилась нищета, постоянный страх влезть в долги и опасение за будущее Димитрия, на которое Валеска долгих четыре года никак не могла повлиять материально. Слабое здоровье, затяжная депрессия, слишком маленький ребенок, чтобы следя за ним помогать хотя бы Николаю в лавке. Да и, признаться, душа Валески никогда не лежала к этому заведению, она не видела в нем смысла и перспектив изначально, поэтому даже имея опыт обращения с зельями, который получила еще дома, помогая в их семейном бизнесе, Валеска предпочитала отстраняются от работы супруга, скрываясь в детской. Тем более у Николая была помощница, а Валеска была нужна сыну.
С Геллертом весь месяц Валеска переписку, еще и поэтому она была так уверена в приближении перемен. У своего старого друга женщина просила занятие, можно назвать это работой, но все же Валеска больше нравилось слово “занятие”, а польская ведьма старалась быть осторожной со словами. Если бы она хотела работу ради денег, то ей было вовсе не обязательно обременять Геллерта своей просьбой. Она хотела несколько иного. Большего. Она хотела свое место в новом мире, место для себя, для сына и своей семье, и была полностью уверена, что она этого заслуживает, хотя бы тем, что не стала кривляться и строить из себя гордячку, а пришла и попросила. Гордость хороша только к месту и в умеренных дозах. Поэтому когда Геллерт предложил ей с сыном вновь посетить Цвингер, Валеска знала, что это будет деловой разговор, и даже заранее поговорила с Димитрием, объяснив мальчику то, что мама и дядя Геллерт будут заняты, что дядя Геллерт не сможет в этот раз с ним поиграть. Новость эту ребенок воспринял без энтузиазма, но деваться ему было некуда, тем более что Валеска понимала важность впечатления, которое и Геллерт и его дом с образом жизни оказывают на Димитрия. Правильное впечатление.
Оставив сына с эльфом и запершись со своим немецким принцем в кабинете, Валеска полностью сосредоточилась на деле и за Димитрия не волновалась. Природа и особенности домовиков ей знакомы, а домовые эльфы Геллерта, наверняка, к тому же еще отменно выдрессированный, поэтому Димитрий будет занят, доволен и куда не надо не полезет, а они с Геллертом смогут обсудить все важные для обоих нюансы. И только мужчина успел в ввести Валеску в курс дела и они начали переходить к деталям, как в кабинете раздался хлопок от трансгрессии. Валеска от неожиданности даже вздрогнула, но обернувшись на звук замерла в непонимании и наростающем в прогрессии волнении. В углу стоял домовик и что-то мямлил. Оказывается, что он мямлил о Димитрие, и что это существо потеряло ее сына. Валеска уже в ужасе обернулась к Геллерту с одним вопросом в глазах - на что Димитрий может нактнуться в твоем доме? - как в дверь кабинета начали истерично стучать. Валеска встревоженно поднялась со своего места, а когда Геллерт открыл дверь облегченно выдохнула и быстро подошла к сыну, который стоял на пороге очень довольный. Рядом с Димитрием был еще какой-то молодой человек, к которому Валеска обратилась только после того, как убедилась, что с ее сыном все в порядке.
-Спасибо, что Вы присмотрели за ним, - Валеска улыбнулась незнакомцу, взяв Димитрия за руку. - Надеюсь, он не доставил Вам много хлопот и не отвлек Вас от чего-то важного. Димитрий иногда может быть настойчивым, - Валеска видела рассеянность юношу, также как замечала недовольство в глазах своего немецкого принца, поэтому вторая рука женщины легла на плечо старого друга. - Геллерт, давай сделаем перерыв на чай и уделим немного времени мальчикам, уверена, что потом они дадут нам еще пообщаться, к тому же после чая наша беседа будет более конструктивной.

+2

13

Взгляд Гриндевальда хлестнул Криденса по лицу гораздо сильнее, чем это когда-либо делала ременная пряжка.
Криденс сделал невольный шаг назад, поражённый этим неожиданным чувством в его разноцветных глазах, чем-то, что можно было легко расценить как презрение, и на лице его отразилась смесь растерянности и тревоги. Только когда мальчик смело шагнул внутрь кабинета навстречу матери, вновь заулыбавшись и заболтав без умолку, Криденс рискнул пройти следом - как-то чересчур медленно, чересчур осторожно, словно боялся наступить на невидимый острый шип. Сделав это, он бесшумно прикрыл дверь и едва не подпрыгнул до потолка от испуга, когда громкое "бум" ознаменовало падение домовика. Никого это, кажется, не смутило - так что и Криденс остался стоять на месте, как пригвождённый, молчал и не подавал виду. Он ощущал себя участником какого-то фантастического спектакля, актёром которого он стал отнюдь не по доброй воле, и, коли так, не мог дождаться его окончания.
Возбуждённая речь мальчика пролетела мимо ушей Криденса. Сгорбив плечи - он был, как внезапно выяснилось, выше всех присутствующих в комнате и, стесняясь этого, стремился если не уменьшиться, то хотя бы съёжиться, - Криденс беспомощно косился на Гриндевальда: ждал от него какой-нибудь подсказки, какого-нибудь пусть самого пространного намёка о том, как следует себя вести и держаться. В его семье не учили разговаривать с незнакомцами. В те редкие случаи, когда какому-нибудь сумасшедшему толстосуму приходило в голову проспонсировать деятельность Второго Салема, и в доме появлялся посторонний человек, Криденса всегда представляли ему вскользь и как-то нехотя - лишь правилам приличия ради. "Он ещё слишком молод, - словно бы говорила ма своим небрежным жестом, даже не посмотрев в его сторону. Секунда, чтобы перечислить всех детей поимённо, и вот они уже исключены из разговора. - Ничего из себя не представляет. Нет нужды тратить ваше время". Губы Криденса побелели от всплывших в памяти воспоминаний, сжимаясь в тонкую полоску; он замялся и, действуя исключительно инстинктивно, придвинулся чуть ближе к Гриндевальду. На кончиках его пальцев зашевелился неприятный холод. Только не сейчас. Когда угодно, только, господи, не сейчас.
Он почти успел почувствовать - или нафантазировать - как закатываются, становясь белёсыми, его зрачки, однако голос подоспевшей женщины вернул Криденса в реальность. Димитрий (так, судя по её словам, звали мальчика) с готовностью подал матери руку - незамысловатое, совершенно простое движение, которым Криденс на мгновение оказался будто бы заворожён. Часть его тут же захотела сорваться вперёд, загородив ребёнка ото всех, кто - как Криденс безосновательно полагал - мог причинить ему и малейший вред. Не стоило с подозрением относиться ко всем матерям, и тем более не стоило делать это в доме Гриндевальда, но Криденс пока не мог справиться с внутренними предрассудками. Наверное, что-то такое мельком проскользнуло в его взгляде, пока он рассматривал миссис Ставрогину: недоверие, настороженность, почти что враждебность. Когда Криденс наконец осознал это, то, застыдившись и отвернув лицо вбок, пробормотал что-то, что при бдительном вслушивании даже можно было распознать как "нет, мэм". Димитрий не отвлёк его ни от чего действительно важного.
А вот Криденс, похоже, да.

+2

14

Мужчина не горел желанием пить чай, кофе, алкоголь, да в принципе отвлекаться. Ему бы куда лучше разобраться с делами, а затем пить чай, кофе, алкоголь, да в принципе что угодно. [х2] На сегодня у Гриндевальда имелись планы, затягивать ни с чем из намеченного он не собирался, потому и раздражался. В первую очередь на домовика - тупое, тупое создание, которое способно выдраить весь этаж, но не смогло на час развлечь четырёхлетнего ребёнка. Дракклово отродье ещё и в обморок упало, бесполезность какая. Потому мужчина выдохнул, и вдохнул, и снова выдохнул, невыразительно и беззвучно.
"Играли?..."
И нет, тот факт, что ребёнок прибился ко Криденсу, а не блуждал по дому (по крайней мере, если и блуждал, то нигде не заблудился и ни на что не наткнулся) - он не угнетал и не пугал по факту. Как и то, что Криденс занял мальчишку, раз уж тот по чужой глупости оказался бесхозным и сам его нашел. Но что беспокоило, так это то, что Бэрбоун плохо контролировал себя, а его внутренняя сущность с момента появления в Цвингере, казалось, всегда была на грани выхода наружу; он недостаточно владел собой, чтобы, случись у мальчика всплеск магии, просто какое-резкое движение или перепад настроения, удержаться. И судя по тому, как юноша вел себя сейчас, как стучал минуту назад, какие следы волшебник уловил на дверной ручке - не сказать, что злился-волновался беспричинно. Криденс и сам это знал. Он пока почти не пересекался с Геллертом, привыкая к нему и слоняясь полу-диким животным. Стало быть, пора браться и за его воспитание. И за эльфов, снова. Дракклы дери, какие все кругом бестолковые!
- У меня не так много свободного времени сегодня, - честно констатировал Гриндевальд, обведя собравшихся поверхностным взглядом. Щёлкнул пальцами, появился второй домовик. Увидев, что случилось с первым, он поёжился. - Разберись с этим и приготовь для гостей чай, - сухо кинул существу. - Через пятнадцать минут займи ребёнка уважаемой гостьи. Без глупостей, - эльф уловил блеснувшее в глазах раздражение и замямлил, что всё понятно. Геллерт же вернулся вниманием к людям.
- Димитрий, скажи Криденсу спасибо за то, что поиграл с тобой. Ты, похоже, доволен? - скупая, но всё-таки улыбка. Маг взял над собой контроль и, помимо его "ауры", словно бы вернулся в прежнее русло, собрав руки за спиной. - Этот эльф совершенно бесполезный, но я обязательно починю его... позже. А когда ты немного подрастёшь, научу и тебя чинить эльфов. И не только эльфов. Здорово будет, да? - он потрепал светлые волосы мальчишки одной рукой, после чего указал другой в сторону двери. - Приглашаю в гостиную на скорый чай.
"Они в порядке. Не нервничай", - словно бы "образом успокоения" могло странно послышаться в голове у Бэрбоуна, пока Гриндевальд был занят гостями. Да, и это он тоже почувствовал. Проследил.
- Тебе стоит занять руки чаем, Криденс, - скосил взгляд на мальчишку, сохраняя расслабленную невозмутимость, которая почти заменила собой недолгую, но праведную недавнюю вспышку раздражения. Маг словно бы увидел небольшой всплеск Криденса, второй за последние несколько минут, как бы распоряжаясь и давая рекомендацию: "Займи руки чашкой, чтобы держать себя в руках". - Вам, полагаю, имеется смысл познакомиться. Фрау Ставрогина в скором времени станет частым гостем в этом доме. 
Когда все прошли в гостиную, там их уже ждал чай на столике.
- Этого молодого человека зовут Криденс. Я присматриваю и обучаю его, потому вы ещё не раз встретитесь, - спокойно представил он мальчишку полячке, частично пустив диалог на самотёк. Сам отметил время, уперев локоть в подлокотник, а щеку о кулак. Был расслаблен.
"Смотри, Криденс, на тебя планы. Тебя не планируют выгонять. И даже не отрицают вероятность того, что ты будешь жить ещё какое-то время", - мог прочесть для себя мальчишка в этом просто представлении. По его лицу Геллерт скользнул лишь мимолётным взглядом.

+2

15

-Тогда тем более стоит сделать перерыв на чай, пока выдалась такая возможность, - пусть и обращалась Валеска к своему старому другу, улыбнулась она незнакомому молодому человеку, который явно был очень сильно чем-то обеспокоен. Впрочем и своего немецкого принца женщина не обделила вниманием прошептав ему на ушко пару слов, как раз по пути в комнату. - И мальчики так хотят твоего внимания, порадуй их, они запомнят и в нужный момент сумеют оценить. -  Конечно, Валеска в первую очередь говорила о своем Димитрие, потому что сын, по ее мнению, очень нуждался в образце достойного волшебника, уважающего и понимающего магию, но ведь и этот молодой человек, тоже иностранец судя по его выражению и акценту, здесь не просто так. Он не слуга и не воин. Валеска знала, как Геллерт серьезно относится к дисциплине, как он требователен к себе и своему окружению, а этот мальчик, увы именно такое слово просилось при взгляде на скрюченного юношу, был словно напуган или запуган, но раз он здесь, то он определенно имеет какую-то ценность, возможно, обладает редким талантом или служит Геллерту напоминанием о чем-то. В этих выводах Валески не было ничего предосудительного. Она прекрасно понимала, что на особом положении у нового хозяина новой Германии благодаря скоре сыну, в котором несложно разглядеть будущее магического сообщества, чем  приятным ностальгическим воспоминаниям. И все же Валеска надеялась, что чай чуть расслабит и успокоит всю взинченную компанию, ведь Димитрий в порядке, эльфа откачают, хотя тот бы наверняка предпочел бы не приходить в сознание, а значит им всем остается только оставить инцидент в прошлом.
Однако успокоится и расслабится получалось только у Димитрия. Мальчик был явно доволен тем, как складывался его день. Правда, очень было жаль, что дядя Геллерт не покажет сейчас, как правильно чинить эльфов. Димитрию было интересно, и что будет если они снова сломаются, когда будут с ним играть? Хотя ду, лучше все же играть с Кри-ден-сом, как дядя Геллерт назвал взрослого мальчика. С ним интереснее, и он хороший, пусть и палочку забывает и книг не знает.
-Спасибо, Крииии-ден-с,- проговорил Димитрий, спотыкаясь на новом и сложном имени. - Дядя Геллерт, а Криденза ты научишь чинить эльфов? Он тоже не умеет, а он уже большой. И кто еще может сломаться? - было очевидно, что сломанный эльф будет интересовать мальчика еще с неделю, однако сейчас его внимание заняли чаем и конфетами, в то время как взрослые продолжали разговаривать.
-Очень приятно, Криденс. Я Валеска Ставрогина, а с моим сыном Димитрием Вы уже успели познакомиться, - женщина предпочла бы, чтобы и ее представил молодому человеку Геллерт, но раз немец этого не сделал, то она справится и сама. - Неловко получилось, что мы отвлекли Вас от занятий. Но я благодарна Вам за то, что приглядели за ним и не позволили совершить что-то непоправимое. Это очень любезно с Вашей стороны. А то Геллерт говорил, что некоторые помещения и вещи в его доме могут быть опасны, а Димитрий слишком мал и от этого любопытен. - Компания получилась слишком разношерстная, и поэтому Валеска пыталась всеми силами вести хоть какое-то подобие светской беседы, при этом не забывая про сына, который то и дело норовил опрокинуть на себя чай. Но не сказать, что беседа складывалась. Создавалось впечатление, что молодой человек словно хотел убежать от них, причем так же нервно, как и до этого стучал в дверь. Геллерт же был серьезен, немногословен и очень (слишком) внимателен к своему воспитаннику. Может быть, Димитрий все таки умудрился отвлечь юношу от какого-то важного магического ритуала и теперь учитель злится на ученика, который прохлаждается вместо того, чтобы работать над собой? Очень похоже на Геллерта, и застращать до такой степени он вполне может.
Пока же Валеска пыталась разговаривать с мужчинами, Димитрий расправился с чаем и двумя конфетами. Он со стуком поставил чашку на стол, слез с диванчика, на котором он сидел, и взяв в руку еще одну конфету подошел к своему новому другу.
- На конфету. Она вкусная. Тебе понравится, - Димитрий улыбаясь смотрел на юношу. - И не бойся. Дядя Гелльет хороший. Он не будет тебя наказывать, - мальчик ладошкой успокаивая погладил нового друга по руке, а потом обернулся к хозяину дома. - Дядя Гелльерт, а можно я не буду с эльфами играть? Можно со мной Криденс будет играть? Пожалуйста, пожалуйста. Мы тихо будем. И… - мальчик коснулся маму взглядом, но все же обернулся обратно к Криденсу и протянул к нему руки. - Можно мне с тобой посидеть? - имелось в виду, конечно, “посидеть у тебя на ручках”, но это сказать не получилось. Впрочем по выражению лица Димитрия и по его протянутым рукам все было понятно без слов.
- Димитрий, не стоит. У Криденса, наверняка, много поручений от дяди Геллерта, давай ты не будешь ему мешать. Вернись на свое место, - после этой фразы Валеска перевела взгляд на юношу. - Как быстро он к Вам привязался. Извините, пожалуйста. Димитрий такой впечатлительный и прилипчивый сейчас. - А еще Димитрий был достаточно упрямым, чтобы не отреагировать на слова матери, а продолжать просяще смотреть на Криденса, разве, что еще более жалостливым взглядом.

+2

16

К счастью для Криденса, Геллерта и, в первую очередь, гостей дрезденской резиденции, чай действительно помог первому немного расслабиться. Сердце больше не норовило выпрыгнуть из груди. Поняв, что сбежать в библиотеку у него всё равно больше не получится, Криденс смирился и покорно отдался на распоряжение судьбе - как пловец, ныряющий под высокую волну вместо того, чтобы бороться. Если что-то должен было произойти - что же, оно произойдёт, хочет того Криденс или нет. Услышав довольное мальчишечье "спасибо", он даже нашёл в себе силы робко улыбнуться Димитрию в ответ. Получилось как-то не совсем естественно, как-то вымученно - словно кто-то украдкой пощекотал его, чтобы не куксился, - так что, в конце концов, Криденс благодарно кивнул и опустил нос в чашку. Лучше было заниматься чаем, чем участвовать во взрослом разговоре. Он ничего не знал ни о правилах этой беседы, ни об отношениях, связывающих Гриндевальда с волшебницей, и потому страшно боялся ляпнуть что-нибудь, чего говорить не стоило. Аккуратно сняв крышечку с сахарницы, Криденс взял ложку и стал методично, так, словно именно сие занятие было главной целью его жизни, пересыпать сахар в свою чашку - дорвался, что называется, до хорошей жизни. Только когда третья ложка звякнула о каёмку, голос Гриндевальда, называющий его по имени перед гостьей, вынудил Криденса вернуться обратно из невесёлых размышлений.
Присматривает и обучает. Вот, как он называл это. Скосив взгляд на Гриндевальда, Криденс тщательно размешал подсахаренный чай. Интересно, что бы он говорил, очутись миссис Ставрогина в его доме на пару дней раньше?
- Очень приятно, мэм, - вежливо прошелестел Криденс в ответ, оставив при себе ремарку о том, что самой опасной вещью в дрезденском Цвингере, пожалуй, являлся он сам.
Теперь, чуть успокоившись, он мог как следует оценить волшебницу перед собой. Это была красивая, сдержанно, но со вкусом одетая женщина - лет ей, должно быть, было многим меньше, чем его матери, однако двадцатилетнему Криденсу она всё равно показалась немолодой. Меньше всего миссис Ставрогина походила на злую ведьму, собирательный образ которой так сильно пугал Криденса в детстве. Вряд ли она использовала ремень в качестве основополагающего метода воспитания. Голоса она не повышала и рядом с сыном держалась ласково и нежно. А ведь он сделал уже много вещей, заслуживающих покарания: первым заговорил с незнакомцем, ходил по чужому дому без разрешения, а ещё разговаривал с набитым ртом. Может быть, она ждёт, когда они с Гриндевальдом уйдут? Наказаниям ведь необязательно быть показательными. Криденс с подозрением перевёл взгляд на её руки, словно те могли открыть ему правду. Руки, разумеется, ничего не сказали. Однако чем дольше он слушал миссис Ставрогину, тем меньше места для недоверия в нём оставалось. "Они в порядке", - словно бы проносилось у него в голове.
Криденс повернулся к Гриндевальду, смутно узнав его голос, однако губы того были плотно сжаты: он молчал, занятый, по всей видимости, какими-то собственными мыслями. Показалось? Не решившись переспрашивать, Криденс воровато стащил с блюдца какое-то рассыпчатое печенье. Есть не хотелось совершенно, а вот руки занять было бы полезно - от греха подальше. По привычке - дома сладости всегда были чёрствыми, и прожевать их, предварительно не размочив, было задачей невыполнимой - Криденс сунул его в горячий чай и подержал. Грустно размокнув за секунду, половинка печенья отлепилась и пошла ко дну. Криденс проводил её растерянным взглядом и, осознав, что случилось, залился обличающим румянцем. Сделать вид, что ничего не произошло, или доставать руками?.. Вспомнив о ложке, Криденс уже было собирался невзначай выловить из чашки куски печенья, как вовремя подоспевший Димитрий отвлёк его от чайной церемонии.
- Спасибо, - тихо поблагодарил Криденс, бегло взглянув на всех присутствующих в комнате. Кажется, никто не был против, так что он взял конфету из рук мальчика и положил её на стол рядом с чашкой. Разворачивать обёртку не стал - уже знал, что к ужину сегодня не притронется, и боялся раззадоривать аппетит. Даже если Димитрий был прав, и мистер Гриндевальд не собирался его ни наказывать, ни прогонять, Криденс хотел, чтобы его маленький жест самобичевания оказался замеченным.
Прикосновение к руке заставило Криденса вздрогнуть, едва не пролив чай на скатерть. Испугавшись незнамо чего, он сунул руки между коленями и крепко зажал. Его больше не колотило, и обскур, казалось, вновь утихомирился, уснув где-то глубоко-глубоко внутри. Но, господи, как Криденс переживал! Он не хотел нового приступа. И был совсем не уверен, что оставаться наедине с ребёнком - такая уж замечательная идея. "Не такой уж замечательной идеей" было трогать ребёнка, зная, что одно твоё касание при желании может высосать из человеческого тела всю жизнь. Теперь он это понимал. Поёрзав на стуле, Криденс посмотрел сначала на жалостливое лицо Димитрия, а затем на Гриндевальда. Гриндевальд должен был всё понять. Он уже понимал, Криденс не сомневался. Иначе бы немедля отослал его наверх, а Димитрия - к эльфам.
- Я не... - сконфуженно промямлил Криденс, не зная, какую причину придумать для отказа. У него никогда не получалось убедительно врать. Мама раскусывала его ложь ещё до того, как он переступал порог церкви. - Я даже не знаю. Вряд ли у меня получится.
Отчаявшись, Криденс беспомощно взглянул на Гриндевальда, одними глазами умоляя волшебника спасти его из той затруднительной ситуации, в которую он сам себя столь непредусмотрительно загнал.

+2

17

Геллерт не был самым дотошным человеком, как и некоторые отступления от плана не всегда выводили его из себя: со своим гневом мужчина нашёл общий язык и неплохо справлялся, когда это требовалось. Абсурдные же ситуации, в целом не вызывавшие у него симпатии, временами даже могли найти некоторое принятие сквозь призму показательности или сарказма. Юмор и нелепость он допускал, ценил и благостно реагировал только в тех случаях, когда сам провоцировал ситуации сложиться подобным образом. Что случалось довольно часто, но никак не сегодня.
Придавать особое значение небольшому инциденту Гриндевальд не планировал - это пустяково. Однако, повторения бы не допустил. Не в его Цвингере и не в условиях, когда ребёнок контактный, а Криденс по-прежнему плохо контролировал себя, как и социальным не являлся. Если бы не эти два нюанса, то единственный, кому бы досталось - это эльф, за сим всё. Но увы, увы. Носитель обскурии только недавно появился в распоряжении Гриндевальда, и несмотря на то, как хорошо он знал этого мальчишку, последнему необходимо было время на то, чтобы освоиться, привыкнуть, перестать бояться и научиться себя контролировать. Пока этого не было, даже банальное общение с детьми-волшебниками слишком сильно отдавало для Криденса прошлым. Геллерт это понимал, Геллерт видел это насквозь. Как мальчишка дёргался, как вздрагивал, как нормальные для любого человека фразы отзывались в нём иначе; искаженное понятие о матери, о братьях и сёстрах, об ответственности - призма восприятия Бэрбоуна разительно отличалась от той, что позволила бы ему банально поиграть с ребёнком дольше десяти минут. Он боялся сам себя, а страх - о, кто, как не Гриндевальд знал о страхе - руководил Криденсом ничуть не меньше базовой потребности питаться. Единственное, в чём можно было найти пользу от церковно-воспитательного прошлого мальчишки - это то, что он оказался как раз в том состоянии, что идеально подходило для его перевоспитания и приобщения к правильным ценностям. Приятным бонусом впитанная с болью и наказаниями дисциплина, близкая Геллерту и по дху и, частенько, по методом достижения. Удобно, благодарность деспотичным ничтожествам за подарок.
Другое дело, что ни Валеска, ни Димитрий не должны были замешиваться в историю с обскуром. Сын ещё маленький, ему следовало познавать мир. Женщине заботиться о нём, следить за мужем и заниматься той работой, в которой у неё - спасибо Гриндевальду - будет возможность реализовать себя, для чего исключительно не требовалось лезть в сторонние дела. И вообще-то изначально именно Валеска должна был стать "центральным гвоздём" вечера, но один небольшой инцидент, и вот уже фокус смещён. Теперь Геллерту точно придётся расшевелить Криденса, давить на туповатых эльфов и потратить больше времени, чем он запланировал, на разговор со Ставрогиной.
Мужчина молчал и думал о своём, не слишком скрывая от собравшихся того, что пускай его настроение осталось в целом неизменным, это чаепитие - не запланировано. Димитрий бы ничего не заметил, будучи заинтересованным в новом знакомом, и предсказуемо полез к нему вновь. Понятная реакция ребёнка - ведь именно Криденс играл с ним прежде, когда "эльф сломался".
За развернувшейся картиной, впрочем, наблюдать было не без элемента забавы. В какой-то мере. Димитрий искренен в своих желаниях и непонимании, а Криденс искренен в своём характере и понимании. Мужчина неоднозначно беззвучно хмыкнул и всё-таки сделал глоток чая, чтобы проглотить эту около-смешинку. На деле-то не весело. Благо, Валеска видела, что Бэрбоун ощущал себя не комфортно. Но, увы, её воспитания и влияния было недостаточно, чтобы это хоть как-то подействовало на сына. Досадно: ей стоит взяться за его манеры, раз уж теперь она в культурной Германии, с порядком и новым интересным постом.
- Димитрий, - волшебник едва насупил брови. - Твоя мама права. У Криденса много дел, и он составил нам компанию потому, что воспитанный юноша, а не познакомиться с гостями было бы некультурно, - да, растерянный, просящий взгляд мальчишки заметил. Ещё бы: у кого искать поддержки как не у хозяина Цвингера, не так ли? Геллерт не создавал и пока не планировал создавать ассоциации в своём общении с методами Мэри Лу. - К слову об этом. Криденс, спасибо за проведённое с нами время. Я полагаю, тебе самое время вернуться к учёбе, - можно назвать это так, пускай. Самообразование и дело, которым занимал себя прежде. Вот к нему пускай и возвращается. А Геллерт подумает, что с этим делать после.
Пока же у него оставалось несколько минут чаепития с Валеской и Димитрием. После мальчика примет на себя другой эльф, на этот раз не посмев отойти и на шаг, а маг с полячкой оговорит всё то, что изначально было запланировано. - Не забудь конфету, побалуешь себя позже. Димитрий очень щедро ею поделился, - и ухмылка одни уголком губ.

+2

18

Криденс опять его обманывал. Услышав слова молодого человека, Димитрий тут же опустил руки и обиженно надулся на нового друга, коим мальчик уже начал считать почти незнакомого ему юношу. Криденс нравился Димитрию и нравился бы еще больше, если бы не обманывал и не пытался казаться взрослым. Мальчик же уже понял, что его новый знакомый не такой взрослый как его родители, дядя Геллерт или Оливия, он просто хочет таким быть, ну или боится быть маленьким. Не важно. Димитрий все равно посчитал, что его обидели и причем сделали это намеренно и специально. Поэтому несколько минут ребенок недовольно смотрел на не получившегося товарища по играм, а после неловким, но уверенным движением, в котором чувствовалось, что мальчик был рассержен, забрал конфету, которой сам же несколькими минутами раньше угостил Криденса.
- Ты обманываешь меня, - начал обиженно говорить мальчик, который этот отказ воспринял чуть ли не как предательство. Они ведь так хорошо играли. И Криденсу тоже нравилось. Он сам сказал, что книги ему сегодня надоели. И секретом Криденс с ним поделился, а теперь отказывается играть. Это не честно! Почему Димитрий опять должен быть с эльфами? Они скучные! И странные! И ломаются! - Ты умеешь играть! Ты играл со мной! Почему не хочешь? - Димитрий считал Криденса за “своего”, тоже за ребенка, поэтому его отказ мальчика особенно задел. Он очень хотел поиграть со старшим другом, как мог бы играть с братиками, о которых мальчику рассказывал папа и которых убили какие-то красные люди. А Криденс не хотел играть, да еще и врал. Димитрий хотел было наказать не получившегося друга еще сильнее, но голос дяди Геллерта заставил мальчика переключить на него своего внимание, и теперь уже Димитрий расстроенным взглядом, полным непонимания и несправедливости, смотрел на немца что-то ему поясняющего. Дядя Геллерт тоже говорил, что Криденса есть какие-то дела, что он занятой, но… Какие же взрослые иногда бывают глупые! Димитрий подошел ближе к хозяину дома,  теперь уже ему в руку вложил ту самую конфету и с самым несчастным видом поплелся обратно на свое месте на диване рядом с матерью. Но было бы очень несправедливо, если бы грустно было одному ему, поэтому мальчик без зазрения совести выдал “тайну” Криденса, раз уж тот отказывался с ним дружить и играть.
- Нет у него никаких дел. Он ничего не делает. Он даже палочку с собой не носит и забывает ее везде, - довольно громко пробубнил себе под нос мальчик, залезая на диван и с несмелым бунтом в глазах посмотрел на мать, понимая, что ведет себя не хорошо.
Валеска же хоть была и недовольна поведением сына понимала, что сейчас разговаривать с Димитрием бессмысленно. Он будет упрямится и специально показывать свой характер не с лучшей стороны перед Криденсом и Геллертом. Поэтому женщина обошлась замечанием на польском и  тем, что заставила сесть мальчика прямо для самодисциплины, конечно.
- Приятно было с Вами познакомиться, Криденс. Извините, пожалуйста, Димитрия за его поведение. Он много еще не понимает. Надеюсь, что Ваши планы не очень сильно нарушены. Нам правда было приятно это знакомство, - признаться, но глядя на этого юношу Валеска даже немного терялась. Ей в первые казалась ее вежливость неуместно и лишней. Будто то этому мальчику было бы лучше, если бы с ним вообще не разговаривали, а позволили бы просто уйти, к чему очень быстро и подвел Геллерт. Димитрий тоже вскоре оказался опять под присмотром эльфа, которого мальчик уже специально пытался сломать, а женщина и ее немецкий принц вновь погрузились в теперь уже их общие дела.

+2


Вы здесь » Phantastische Tierwesen: Vorzug » ОМУТ ПАМЯТИ » Ещё одна счастливая встреча в доме мироуправленца [9.04.1927]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC